Снежный барс постепенно восстанавливает численность в Казахстане, однако для дальнейшего роста популяции необходимо больше подходящих условий для его обитания. Что происходит с популяцией ирбиса в нашей стране и как специалисты смогут защитить животных? Об этом мы поговорили с Диной Конысбаевой, директором общественного фонда Wildlife Without Borders, который участвует в проектах по изучению и сохранению снежного барса в Казахстане.
Дина, расскажите, чем сегодня занимается Wildlife Without Borders и какую роль фонд играет в сохранении снежного барса?
Мы занимаемся природоохранными проектами, которые объединяют научные исследования, мониторинг животных и работу с людьми. Wildlife Without Borders создавался при участии специалистов Института зоологии, поэтому для нас принципиально важно, чтобы природоохранные решения основывались на научных данных. Фонд работает с Институтом зоологии, национальными парками и международными организациями.
За последние десятилетия ситуация со снежным барсом в Казахстане изменилась. В 1980-е годы численность оценивалась примерно в 200 особей, в 2000-е она составляла около 110, в 2012 году — 110–130, а в 2019-м — уже 130–150 особей. Сегодня оценки находятся примерно в диапазоне 160–190 животных по Казахстану.
Такой рост стал возможен в том числе благодаря усилению охраны в созданных за последние десятилетия национальных парков и заповедников и практически полному исчезновению браконьерства. Когда популяция начала восстанавливаться, стало понятно, что нам необходимо гораздо глубже изучать животных и понимать, как именно они используют свою территорию.
Поэтому последние годы большое внимание уделяется мониторингу. Мы используем фотоловушки и спутниковые ошейники, которые позволяют буквально увидеть жизнь снежного барса на карте: куда он перемещается, какие территории использует, какие маршруты выбирает и насколько далеко может уходить.
Руководит природоохранными исследованиями один из ведущих зоологов страны Алексей Грачев, который собирает информацию об этом редком хищнике со всего Казахстана, анализирует ее и дает рекомендации по его охране. Команда из 10 человек работает практически круглый год.
Исследования проводятся в пяти областях республики, где обитает снежный барс: Туркестанской, Жамбылской, Алматинской, Жетысуской и Восточно-Казахстанской. Специалисты работают в горах Западного, Северного, Центрального Тянь-Шаня, Джунгарского Алатау, а также в Саур-Тарбагатае и Алтае, то есть практически в пределах всего казахстанского ареала вида.
При поддержке ПРООН 13 особо охраняемых природных территорий были оснащены дронами, тепловизорами и фотоловушками. Такое оборудование позволяет проводить более качественный и регулярный мониторинг и лучше понимать, как меняется состояние популяции. В 2026 году в Казахстане уже 16 снежных барсов были помечены спутниковыми ошейниками.
Сегодня ситуация в Заилийском Алатау довольно благополучная: здесь обитает порядка 40 снежных барсов. Около 25 из них находятся в окрестностях Алматы, в радиусе 10–20 километров от города, а еще пять животных можно назвать настоящими «жителями Алматы» — они обитают в пределах городской территории.
Кадры с фотоловушек
Что произойдет с этими животными, когда начнется активное развитие горных территорий вокруг Алматы?
Горы вокруг Алматы постепенно меняются, растет антропогенная нагрузка, развивается инфраструктура. Мы уже много лет занимаемся вопросами сосуществования города и дикой природы, потому что снежный барс здесь фактически живет рядом с мегаполисом. Еще в 2020 году Wildlife Without Borders запускал отдельный проект по сохранению барса как живого символа Алматы, где одной из задач было учитывать потребности вида при неизбежном развитии города.
Снежные барсы — одиночные животные, поэтому при нехватке территории они могут вытесняться друг другом и уходить за пределы привычного ареала — в том числе в Кыргызстан или Китай. Бывали случаи, когда барс выходил к фермерам и начинал охотиться на домашний скот, тогда возникает риск, что его застрелят. В таких ситуациях нужна мобильная группа, которая сможет отловить животное, временно усыпить и перевезти в другую подходящую территорию, например в Катон-Карагай или в Каратау, где есть условия для его обитания. Главное — успеть вмешаться до того, как животное окажется в опасности или уйдет слишком далеко.
Кадры с фотоловушек
Катон-Карагайский национальный парк является естественной средой обитания снежного барса, и там сейчас тоже ведется постоянный мониторинг. В 2024 году специалисты зафиксировали успешное размножение вида, включая самку с двумя детенышами, а в 2025–2026 годах фотоловушки продолжали регистрировать барсов.
Установка ошейника — сложная процедура. Сначала животное нужно найти и отловить, затем провести ветеринарное обследование и установить устройство. Снежный барс — крайне скрытный и труднодоступный хищник, поэтому такая работа требует большой подготовки.
Сейчас мы подали заявку на проект, который позволил бы поддерживать мобильную группу для работы с такими животными. Если снежный барс оказывается вытеснен за пределы своего привычного ареала, специалисты должны иметь возможность оперативно приехать, оценить ситуацию и решить, что делать с животным.
Для такой работы требуется постоянный мониторинг. Насколько сложно его обеспечивать? Есть ли те, кто поддерживает вашу работу?
Раньше основной задачей было сохранить саму популяцию. Сейчас к этому добавляется необходимость управлять ситуациями, которые возникают из-за изменения среды. Для этого нужны люди, транспорт, оборудование, фотоловушки, батареи, палатки с печкой, теплые спальники и другие вещи, которые со стороны могут показаться второстепенными. Но без них невозможно проводить мониторинг в горах.
Это постоянная проблема природоохранных проектов. Нам нужны средства не только на какие-то большие разовые исследования, но и на ежегодный мониторинг. Например, фотоловушка сама по себе может работать несколько лет, но батареи приходится постоянно менять. Особенно зимой, когда нужны литиевые батареи, способные долго работать в низких температурах.
На изображении видно, как барсы «играют» с фотоловушкой. Такие случаи — ещё один фактор, из-за которого оборудование повреждается и выходит из строя.
Палатки изнашиваются, оборудование ломается, расходные материалы заканчиваются. Каждый год приходится снова закупать то, что необходимо для работы команды в горах. Нам хотелось бы, чтобы компании увидели природоохранные проекты как полноценную часть своей социальной и коммуникационной стратегии.
Один из таких примеров — партнерство с Davines Kazakhstan. Davines Kazakhstan в рамках Sustainability Project направляет 10% от продаж обновленной линии Essential Haircare в период с июля по сентябрь на поддержку программы по сохранению снежного барса, которую мы реализуем совместно с World Wide Without Borders Kazakhstan.
Снежный барс — один из символов природы Казахстана, и его сохранение связано с состоянием всей горной экосистемы. Если убрать такого хищника из экосистемы, произойдут изменения, которые в конечном итоге могут почувствовать и люди, живущие в горных районах.
Сегодня мы уже видим результат многолетней работы государства, национальных парков, Института зоологии и природоохранных организаций: популяция восстановилась до уровня, близкого к показателям 1980-х годов. Теперь перед нами стоит следующая задача — сохранить этот результат в условиях растущей антропогенной нагрузки.