Источник фотографий - 2Gis, на снимке - Алаколь
Международный эксперт по устойчивому туризму и специалист в области комплексного развития территорий Людмила Кузнецова недавно вернулась с юбилейного инвестиционного форума ТМИФ-2026 в Ташкенте. В прошлом материале Людмила Кузнецова на ТМИФ-2026: «Почему Узбекистан строит туриндустрию, а Казахстан закапывает миллиарды в бетон?» мы поговорили о ее выводах от масштабного международного события и опыте соседних стран в привлечении инвестиций в туристическую отрасль. Продолжая тему, мы решили сосредоточиться на внутренних туристических направлениях Казахстана и обсудить, какая судьба ждет Алаколь, Балхаш и Баянаул, какие проблемы мешают их развитию и что необходимо сделать, чтобы эти территории стали полноценными курортами мирового уровня.
Если посмотреть на наши ключевые внутренние дестинации, Алаколь, Балхаш, Баянаул, почему они буксуют и не становятся полноценными драйверами экономики?
Потому что у нас до сих пор нет реально работающего стратегического документа по развитию каждой туристской территории и включения их в общую систему отрасли. Вместо этого мы видим отсутствие системной государственной стратегии развития туризма как единого экономического механизма. Мы просто хаотично расширяем списки приоритетных зон с 10 до 20, постоянно меняем концепции, а на деле просто топчемся на месте.
Сколько госпрограмм у нас разработано? Но что-то я не видела надлежащей, честной оценки их реализации! Мы очень много говорим, но делаем мало или вообще ничего не делаем — всё попросту забалтывается. Опять выдаем желаемое за действительное. В то же время Узбекистан жестко анализирует результаты своей деятельности, они не боятся открыто видеть собственные ошибки и оперативно исправлять их. Ведь не ошибается только тот, кто ничего не делает. А кто-нибудь в наших министерствах вообще задумался: почему крупный инвестор идет в Узбекистан, но упорно не хочет идти к нам?
Посмотрите на факты, которые сегодня у всех на слуху.
Алаколь: в побережье направляют 10 миллиардов тенге, строят ЛЭП, чтобы решить проблему жесткого энергодефицита. Но при этом на базах отдыха до сих пор нет централизованной канализации и водоснабжения, процветают санитарные нарушения, а готовность побережья к приему людей вызывает жесткую критику на самом высшем уровне. Но главное — нет достойного, эмоционального плана развития территории, как и других
Балхаш: отремонтировали аэропорт, пустили рейсы, но в Жетысуской части побережья полноценно работают всего 17 туробъектов — там элементарно нет питьевой воды и стабильного электроснабжения. Мы сначала открыли дорогу и увеличили поток в 4 раза, а потом спохватились, что людей нечем поить.
Баянаул: построили за бюджетные деньги аэродром — и он годами простаивает без единого регулярного рейса, потому что никто не заложил субсидии авиаперевозчикам и не просчитал экономику. А местное руководство открыто признает, что на курорте нет полноценной канализации, не хватает элементарных парковок и освещения.
Конечно, в таких условиях и места проживания туристов оставляют желать лучшего. Но это вопрос не столько к собственникам объектов. Бизнес можно понять — сезон у них экстремально короткий, всего полтора-два месяца, а содержать объекты и платить налоги нужно круглый год. Отсюда и вынужденно высокие цены при скромном сервисе. Предприниматели просто выживают в созданных государством условиях хаоса.
Источник фотографий - 2Gis, на снимке - Алаколь
Что в такой ситуации мы можем предложить? Как разорвать этот замкнутый круг «короткого сезона» и инфраструктурного тупика?
Чтобы сдвинуть эти дестинации с мертвой точки, государству необходимо кардинально изменить правила игры и предложить бизнесу встречные, симметричные обязательства.
Я предлагаю три конкретных шага:
1. Мы должны искусственно продлевать сезон на Алаколе, Балхаше и в Баянауле (и других объектах) до 6–9 месяцев в году. Для этого государству совместно с якорными инвесторами нужно строить закрытые подогреваемые аквапарки, спа-комплексы, санаторно-курортные и медицинские хабы, развивать демисезонные форматы. Конечно же, при этом анализ природно-климатических особенностей каждой территории никто не отменял. Плюс — нужны хорошие, глубокие маркетинговые исследования. Как это правильно сделать — у нас есть четкое предложение, но давайте оставим это за рамками этого интервью. Это целая отдельная, большая тема. Когда сезон вырастет, цены автоматически пойдут вниз, а качество проживания — вверх.
2. Государство берет на себя 100% обязательств по подведению магистральных сетей (канализация, водопровод, стабильный свет) «до забора» каждого объекта. Взамен бизнес юридически обязуется провести реновацию мест проживания, пройти обязательную классификацию (присвоение звездности) и работать по прозрачным стандартам сервиса. Без центральных сетей требовать от отельеров, например, Алаколя европейского сервиса — это утопия.
3. Опыт Баянаула не должен повториться. Аэродромы и транспортные хабы должны строиться только под готовые, защищенные бизнес-планы авиа- и железнодорожных перевозчиков. Государство должно субсидировать не просто абстрактные пустые рейсы, а пакетные туры: турист покупает единый билет «перелет + трансфер + проживание», где транспортная доступность гарантирована и удешевлена за счет бюджета.
Также, я предлагаю открывать краткосрочные мобильные школы гостеприимства прямо на базе строящегося объекта. Когда местный житель видит, что курорт — это не "забор, за которым живут богачи", а источник его личного дохода и развития его села, он становится главным защитником и амбассадором этого бизнеса. Это и есть устойчивое развитие.
Источник фотографий - 2Gis, на снимке - Балхаш
Вы предлагаете вовлекать местные сообщества в современные кластеры, но местное население в отдаленных регионах часто не имеет сервисного образования и не понимает стандартов пятизвездочных отелей. Не проще ли инвестору привезти обученный персонал из столицы, чем тратить деньги на интеграцию местных?
Привезти топ-менеджмент из столицы или экспатов — это нормальная практика для запуска. Но построить весь линейный сервис и операционную деятельность только на привозных кадрах в отдаленном регионе (например, в Катон-Карагае или Каракалпакстане) — это экономическое самоубийство для инвестора и социальная бомба для региона.
Во-первых, расходы на логистику, проживание и удержание привозного персонала сведут на нет всю маржинальность проекта на стадии эксплуатации. Во-вторых, если огромный курорт живет как изолированный богатый остров посреди бедного региона, это неизбежно порождает социальный конфликт, саботаж и деградацию территории.
Местных жителей не нужно сразу сажать за управление сложными IT-системами отеля.
Современная кластерная модель предполагает ступенчатую интеграцию:
• Местные сообщества — это готовые поставщики экологически чистых продуктов питания для ресторанов курорта.
• Это хранители аутентичных ремесел, создающие уникальный сувенирный контент прямо на территории зоны влияния.
• Это лучшие локальные гиды, проводники и конюхи, которые знают каждую тропу и продают туристу те самые живые истории, за которыми он приехал.
Что нужно изменить в механизме государственной поддержки в РК, чтобы деньги перестали уходить в «пустоту»?
Нужна жесткая система, основанная на трех китах: профессиональных кадрах, смыслах и законе. Я предлагаю нашему профильному министерству внедрить новый механизм контроля: любая государственная помощь должна быть жестко привязана к финальной окупаемости объекта и оцифрованному мастер-плану. Государство дает сети и дороги под конкретные, защищенные смысловые проекты инвесторов, а не наоборот.
Мы должны развивать не просто изолированные точки, а создавать мощные якорные объекты параллельно с комплексным развитием их зон влияния! Якорный проект должен стать сердцем территории, которое питает инфраструктуру вокруг в регулярном радиусе десятков километров, формируя живую экономическую экосистему для малого бизнеса.
Инвестор пойдет только туда, где четко определены «правила игры» на стадии многолетней эксплуатации! Бизнес должен быть уверен, что через 10–15 лет правила не изменятся, тарифы не пересмотрят в одностороннем порядке, а доступ к сетям не заблокируют. Причем условия должны быть равными и прозрачными как для иностранного, так и для нашего, отечественного капитала.
Любой серьезный инвестор в первую очередь смотрит на политическую и экономическую стабильность государства, на прозрачность законов, а также на то, как именно и в какие конкретные сроки были реализованы ранее разработанные проекты. Если стратегии годами лежат на полках, для капитала это главный сигнал тревоги.
Но главное: кто и как определил, что Алаколь, Балхаш, Баянаул взрывные или якорные? Кто у нас сегодня вообще способен это оценить? Кто в Казахстане может масштабно видеть и защитить долгосрочные интересы государства и формирование полноценной отрасли экономики «Туризм»? Кто сегодня способен встать на пути местечковых, локальных интересов ради общего блага?
Сегодня у меня, к сожалению, ответов на эти вопросы нет. В Узбекистане такой ответ есть. В Кыргызстане, хоть и сложнее, чем у узбекских соседей, но понимание тоже есть. А у нас в РК — я этого не вижу! Государственного патриотизма и истинных патриотов отрасли в кабинетах не видно. И очень хочется, чтобы это безразличие наконец ушло.